?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: литература

Помните, комрады, была такая книжка? "Нацизм в России" (М.: РОО "Центр "Панорама", 2002) называлась. Справочное издание по наиболее колоритным национал-радикалам периода позднего ельцинизма и раннего путинизма, с описанием, в основном, различных криминальных историй, а также краткими объективками на группы и лидеров. Наиболее подробно описаны РНЕ, НБП, скины, ну и всякая мелюзга.

Дык, вот, наконец, текст доступен онлайн (тыкать на кнопочку "скачать"). Думаю, спустя более десяти лет издатели не будут возражать.

Понятно, сегодня книга представляет скорее исторический интерес, но таковой она, несмотря на несколько юношеский и незрелый характер, на мой скромный взгляд, таки представляет.

NB! на всякий случай, если кому -- ну вдруг -- понадобится для проставления точных ссылок: просьба учитывать, что файл по ссылке -- это не верстка книги в том виде, в каком она была издана на бумаге, стало быть, нумерация страниц не соответствует бумажной версии.  

Содержание книгиCollapse )
0703031Спустя десять лет я вернулся к теме "Элиаде и фашизм". Тогда, нахватавшись по верхам, я просто излагал базовые факты (при этом, временами сбиваясь на апологетику), потому как полагал это важным. Поскольку русскоязычная публика ранее была практически неосведомлена ранее об этой стороне жизни и творчества выдающегося румына, это было не столь бессмысленно, как сейчас может показаться. Потом вышла книжка "Забытый фашизм", потом она была переведена на русский, и я посчитал тему раскрытой на десять порядков более компетентным автором, и не возвращался более к. Однако недавно, при беглом просмотре статей Элиаде 30-х гг. меня вдруг осенило, и, как мне показалось, я заметил нечто важное, чего раньше исследователи не замечали. Буквально за ночь плюс чуть-чуть утра сваял об этом статью, "Мирча Элиаде, человек без судьбы: рецепция собственного прошлого и концепция времени" Немного на скорую руку, но больше не мог себе позволить этим заниматься.

Собственно, статья раскрывает озвученный ранее тезис.

"...Отрицание истории и ужас перед историей стали важной темой для Элиаде только после того, как его единомышленники не смогли реализовать свою волю к творению истории в той мере, в какой об этом мечталось молодому религиоведу."

Для интересующихся, полный текст статьи -- здесь (в формате *.doc, для скачивания)
5 сентября информагентства сообщили, что председатель Палестинской национальной администрации (ПНА) Махмуд Аббас заявил о намерении просить Генеральную Ассамблею ООН предоставить Палестине статус государства-наблюдателя. Несколько ранее Аббас заявлял так же, что после это Палестина планирует обратиться в Совет Безопасности с заявкой о предоставлении полноценного членства в ООН (правда, некоторые высокопоставленные чиновники ПНА потом опровергали эту информацию).
Даже те, кто не очень следит за новостями международной политики, услышав подобные сообщения, удивятся — ведь год назад, в сентябре 2011-го, Палестина уже пыталась обратиться в Генассамблею с заявкой об официальном признании нового государства! Тогда этой теме посвящались первые полосы газет и центральные сюжеты в информационных блоках всех телеканалов. Прошлый год был богат на события в ближневосточном регионе, но даже на фоне «арабской весны» не/признание международным сообществом палестинской независимости имело шансы стать главной новостью года.


Читать дальше: Махмуд Аббас и комета
Некоторое время назад осилил "Пражское кладбище" У.Эко. Честно скажу -- одолел с двух заходов, и не без усилия. И это при том, что тема мне, во-первых, в целом известна, во-вторых, небезынтересна. Мэтр низажог, это однозначно( Несмотря на некоторые удачные находки -- затянуто, сюжетная нить "проваливается", на нея довольно искусственно нанизываются избыточные детали... Отсутствует какое-то чувство меры, что ли. Такое впечатление, что Эко не может остановиться, как и в "Баудолино". Там автору зачем-то понадобилось, чтобы помимо писем пресвитера Иоанна, интересных самих по себе, Баудолино породил ну просто практически все главные средневековые фальшивки, включая Туринскую плащеницу. А в случае "Кладбища" У.Эко приписывает ебанутому лирическому герою практически все самые важные антисемитские (а также антимасонские -- в ход идут явно не пригодившиеся заготовки и полуфабрикаты для "Маятника Фуко") тексты и кампании второй половины XIX в. Зачем, спрашивается? Очевидно ведь, что, например, интрига с Дрейфусом выдержана совершенно в ином стиле и просто не могла быть создана усилиями того же человека, который написал "Протоколы"... Но если в "Баудолино" все натяжки искупаются плавным переходом в фантасмагорию, снимающую все претензии на "это моя версия того, как все было" и достаточно ясно дающую понять, что все, прочитанное ранее -- это постмодернистская игра, а не "версия", то "Кладбище" убийственно серьезно. Последний гвоздь в крышку гроба "Кладбища" как изящной мистификации вбивает сам автор последними страницами, на которых он довольно потирает руки -- дорогой читатель, тебе, в силу твоей ограниченности и слабого знакомства с реалиями, это может показаться невероятным, но все, все персонажи книги, кроме главного героя -- исторические лица! Даже такой нелепо-анекдотический персонаж, как Х. -- он тоже, как бы трудно в это ни было поверить! Ай да Эко, ай да сукин сын -- так ловко вплести свою сюжетную линию в реальные события! Ну, а если вы не разобрались в путанной хронологии сюжета, так я для вас, дебилов, все щаз быстренько в простенькую табличку сведу... В общем, тут я уже совсем скривился(

То есть, отступив от обычных собственных правил игры в мистификацию, в данном романе Эко играет в "почти серьезную [ну, на крайняк -- правдоподобную] версию". Это во-первых, скучно, во-вторых -- на самом-то деле, по "гамбургскому счету", несерьезно (если без смехуечков, то мне кажется очевидным, что текст "Протоколов" не мог появиться не в русскоязычном контексте).

[Чтобы не показаться гиперкритичным, скажу, что вообще-то я большой поклонник Эко, высоко ценю его как ученого, преподавателя, эссеиста, лектора и методолога: его "Как написать дипломную работу" -- вообще лучший текст на подобную тему. Если же говорить о беллетристике, я считаю "Маятник" и особенно "Имя розы" сногсшибательно гениальными романами. Вообще, если б я мог выбирать себя, я был бы Умберто Эко.]

Между тем, вопрос персонального авторства "Протоколов" небезынтересен и в отрыве от беллетристики. Для читателя, склонного к занудству не менее, чем автор этого блога, приведу собственную рецензию (честно скажу -- отнюдь не свежую) на книгу Вадима Скуратовского "Проблема авторства "Протоколов сионских мудрецов". Книга вышла небольшим тиражом (я когда-то пытался способствовать ее переизданию, но безуспешно) и малоизвестна, может, кому-то и моя рецензия покажется полезной (прошу прощения за некоторый юношеский пафос текста оной -- я писал ее в двадцать с копейками...). У меня, по ходу, в силу некоторых деталей "Кладбища" такое ощущение, что Эко мог быть в курсе изысканий Скуратовского. 

Авторство Протоколов сионских мудрецов: поставлена ли точка?Collapse )

Тремя предтечами турецкого национализма считаются Сулейман Паша, Ахмет Джевдет Паша и Ахмет Вефик Паша.

В 1758 году французский синолог Жозеф де Гиньи своим классическим трудом «История гуннов, монголов и татар» рассказал османам, от кого им следует вести свою родословную, и те, когда, конечно, научились читать по-французски (т.е., уже в XIX в.) немедленно начали гордиться «своим» великим (доисламским!) прошлым, что заложило весомый камень в фундамент дальнейшего строительства здания турецкого национального самосознания. Через сто лет Сулейман Паша в своей «Истории мира», впервые сообщившей самим туркам на турецком языке, что они являются потомками древних гуннов, опирался в основном на де Гиньи.

Была еще любопытная книга Мустафы Джелалетдина Паши «Древние и современные тюрки», изданная в Стамбуле на французском тремя годами ранее выхода в свет «Истории мира» Сулеймана Паши. Джелалатдин, урожденный Констатнтин Божецкий, был участником польского восстания 1848 г., бежавшим в Стамбул и принявшим ислам. В книге «Древние и современные тюрки» он утверждал, что европейские и тюркские народы – представители одной и той же расы «турано-арийцев». Юсуф Акчура, идеолог турецкого национализма в собственном смысле этого слова и пантюркизма конца XIX -- начала XX вв., ценил книгу очень высоко, несмотря на некоторые «довольно оригинальные, хотя и не совсем научные утверждения». Он писал, что «в этой книге впервые обращено внимание на многочисленность и мощь тюркской расы, ее роль в общечеловеческой истории, на богатство тюркского языка».

Первую систематически изложенную «Грамматику турецкого языка» (вкупе с краткими сведениями по турецкой истории и культуре) написал английский востоковед еврейского происхождения Артур Девидс в 1832 году. Его мать перевела эту книгу на французский и подарила султану Махмуду II. Как констатирует в своей монографии «Зарождение и история тюркизма» Р.Мухаметдинов (из которой я многое об обсуждаемом предмете почерпнул), книга оказала большое влияние на зарождающуюся турецкую интеллигенцию. Прошло чуть больше пятидесяти лет, и Ахмет Джевдет Паша напишет первую турецкую «Грамматику османского языка». Упоминавшийся выше его современник Сулейман Паша будет возражать против употребления в этом смысле слова «османский», настаивая на том, что язык именно «турецкий», а «османский» -– это смесь турецкого, арабского и персидского.

Наконец, примерно тогда же венгерский ориенталист еврейского происхождения Армин Вамбергер, издавший словарь чагатайского языка, своими авантюрными приключениями, описанными в «Путешествии во Средней Азии одного псевдодервиша», поспособствовал расширению знаний и представлений турецкого общества о тюркском мире. Опираясь на его работу, Ахмет Вефик Паша перевел с чагатайского «Родословное древо тюрок» и составил словарь османского языка, содержащий сравнения с другими тюркскими языками.

См. также про финский национализм и три его столпа
Рецензия на: Yohanan Petrovsky-Shtern. Lenin’s Jewish Question – New Haven and London: Yale University Press, 2010. 224 p. ISBN 978-030-0152-104

Среди бесспорных и немаловажных достоинств книги бывшего киевлянина, а в настоящее время профессора еврейской истории Северо-Западного университета (Иллинойс, США) Иоханана Петровского-Штерна – ее язык. Повествование, насыщенное литературными аллюзиями и игрой слов, ведется столь изящно и читается столь легко, что и рецензию хотелось бы писать скорее в жанре беллетризированного эссе, нежели сухого наукообразного обзора. Конечно, я не обладаю литературным даром в такой степени, в какой им обладает автор книги; попытка подражания с моей стороны выглядела бы скорее нелепой пародией, нежели изящным литературным диалогом с автором. Однако начать рецензию все же позволю себе с личного лирического отступления.

Корнелий тоже был маленьким с кудрявой головойCollapse )

Бля! Бля!!! БЛЯ!!!

Я вне себя, комрады, и хочу с вами посоветоваться.

Про мечту детства, Корнелиу Кодряну и циничный плагиатCollapse )

Tags:

Profile

cat
corneliu
Corneliu (Корнелий)

Latest Month

September 2015
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner